Павел Суворов: «Это должно создать поколение людей, для которых понятие не-норма отсутствует в принципе»

Сегодня у нас в гостях директор 
ГКОУ СКОШИ № 2 (г. Москва)
Суворов Павел Андреевич 

— Несмотря на социальный и технический прогресс, общество еще отягощено старыми стереотипами и т.н. «традицией». Это в частности касается отношения к особым детям. Вы решаете эту проблему ежедневно. С чем вам приходится сталкиваться чаще всего? Какие моменты вы выделили бы особо?

— Первое на чтобы я хотел обратить внимание, что все дети являются особенными по определению. Мне знакомы люди, имеющие казалось бы тотальные нарушения значительно ограничивающие их возможности. Тем не менее, если человек специалист в своей области, если у человека сформировано трудолюбие, любовь к своей работе, то и восприятие окружающих меняется. Недавно я смотрел обзор доступных технологий сбербанка на youtube канале Wysacom, и там ведущий брал интервью у незрячего специалиста по доступным технологиям Анатолия Попко. После определенного момента ведущий просто забыл, что Анатолий ничего не видит, и говорил ему «Смотри то-то и то-то». Потом, правда пытался себя поправить, но Анатолий справедливо заметил, что это нормально, когда люди общающиеся с незрячим адаптированным человекам забывают о его слепоте.
Лев Семенович Выготский очень хорошо подметил, что ребенок становится инвалидом не по рождению, а по отношению общества. Речь идет не столько о физических ограничениях, а скорее о психологических. Разумеется, есть реальные физические ограничения, которые ограничивают возможности ребенка в той или иной сфере, но, как правило, эта сфера довольно узкая. И ребенок, как правило, может успешно реализоваться в другой сфере. К каждому ребенку необходимо найти подход именно в той сфере, где он успешен. Довольно часто я сталкиваюсь с ситуацией, когда ребенок физически не может освоить какую-то определенную сферу (например, музыкальное образование или танцы), но решительные родители настаивают именно на этой деятельности, потому что в их представлении именно благодаря этому он будет более состоятелен в обществе. Конечно, задача специалистов посоветовать, помочь родителям и ребенку найти эффективный путь реализации образовательных потребностей. В своей работе наша школа старается подобрать ту сферу деятельности, где ребенок, в первую очередь, становится эффективен, причем не только для общества, но и для себя самого.
Мой ответ был бы не полон, если бы мы не говорили о реальных механизмах построения такой эффективности детей (кстати не только с ОВЗ, а и здоровых детей). Реальный путь к тому, что дефектологи называют компенсацией дефекта — является поиск успешности ребенка, точек его успешного персонального развития. Сейчас задача состоит в том, чтобы стандартизировать такие маршруты. Конечно, индивидуализация для ребенка хороша тогда, когда есть реальная оценка собственной деятельности. Департамент образования города Москвы создал мощнейший ресурс оценки персональных достижений в форме московского центра качества образования (МЦКО), призванным проводить независимую диагностику ребенка. Причем форма этой диагностики очень интересна тем, что ребенок не просто получает оценку (к слову, оценка с 2 до 5 не может в полной мере оценить знания или не знания ребенка), а именно уровни освоения различных областей знания того или иного предмета. В своей работе мы ориентируемся не только на индивидуализацию, но стараемся постоянно самокорректироваться по результатам независимых оценок. Для ребенка значения такой независимой оценки вообще трудно переоценить. Я никогда не делал тайны в том, что считаю стандартизированный механизм Государственной итоговой аттестации (в частности ЕГЭ) чрезвычайно важным интеграционным механизмом для детей с ОВЗ. Раньше имели значения аттестаты, в которых название школы могло иметь значения. Теперь, скажем, ЕГЭ сравнял шансы для любого ребенка. Да у нас специальная (коррекционная) школа, да мы используем в своей практике коррекционные механизмы обучения. Но на результат освоения общеобразовательной программы это никак не влияет. Государственная итоговая аттестация (в т.ч. ЕГЭ) для всех едина. И наш выпускник может по результатам составлять конкуренцию выпускникам из любой другой школы.

— Есть ужасное слово — «ущербный» — которое зачастую применяют к людям не похожим на всех. Термин дикий и несправедливый. Ведь не только, и не столько физической целостностью определяется человек.

— Страх к инвалидам можно рассматривать с двух сторон. Первая — это оценка посторонних людей, когда ребенка с ОВЗ могут боятся и избегать общения с ним. Вторая — это оценка близкого окружения, когда ребенка пытаются приблизить к понятию нормы. И в том и в другом случае возможны серьезные перегибы. В первом случае, страх может перейти к агрессии, во втором случае неверное толкование «такой же как все» может серьезно ограничить социальные возможности ребенка, когда его насильно хотят приблизить к здоровым детям. Каждый ребенок особенный — это аксиома. Но к каждому развитию ребенка, особенно ребенка-инвалида, нужно подобрать свой ключик. Для ребенка с ОВЗ важно создать адекватные условия. Очень грустно, когда окружающие неадекватно реагируют на ребенка-инвалида, показывают на него пальцем или относятся «приторной снисходительностью». В этом смысле хорошо, что сейчас начинает развиваться инклюзивная практика, когда с ребенком-инвалидом взаимодействуют здоровые дети, особенно, когда дети могут на равных обучаться. Это должно создать поколение людей, для которых понятие не-норма отсутствует в принципе. Есть прекрасные примеры инклюзивных пространств, таких школ как ГБОУ Школа № 1465, ГБОУ Школа № 109 (в том числе известный проект школ для детей, находящихся на длительном лечении) и другие школы, где глубоко подходят к вопросам инклюзивных практик, как правило, в очень серьезном взаимодействии с родителями. Но плохо, когда инклюзия поверхностна. Причем это не всегда зависит от образовательной организации, но и от позиции, а главное, возможностей родителей. Есть значительная категория детей, которым нужны серьезные специальные условия обучения именно на уровнях дошкольного и школьного образования, а родители далеки от педагогики и школьных проблем, а работают совсем в другой сфере. И грустно, когда родители добиваются прав вроде как равного отношения к ребенку в инклюзии, а в тоже время игнорируют факт необходимости создания специальных условий обучения. Специальные детские сады и коррекционные школы для очень многих детей с ОВЗ является непременным условием успешной подготовки ребенка к интеграции в общество. Специальные (коррекционные) школы — это не совсем про инклюзию, это про интеграцию. Традиционно в отечественной школе дефектологии разрабатывался подход, когда ребенок с ОВЗ должен быть в достаточной мере подготовлен к будущему освоению профессии (обучению в колледже или ВУЗе) после довольно серьезной коррекционно-развивающей работы на уровне дошкольного и особенно школьного образования. В обществе бытует мнение, что слово «специальное» или «коррекционное», а еще более хуже «интернат» — это оценка их детей, а не принадлежность определенной организации в реализации специальных образовательных программ. К сожалению, в такой ситуации переоцениваются возможности как детей с ОВЗ, так и сверстников. Попадая в неадекватную ситуацию развития, ребенок с ОВЗ, безусловно, развивается, но иногда менее эффективно, чем в коррекционной школе, особенно если речь идет о нарушениях центральной нервной системы, сенсорных заболеваниях, нарушениях опорно-двигательного аппарата. Конечно, в идеале ребенок должен учится в любой школе. На практике, мы не редко мы видим необходимость реализации специальных программ в специальных условиях. К тому же часто забываются права здоровых детей. Что дети с ОВЗ усваивают дольше — здоровый ребенок быстрее, и не должен темп работы здорового ребенка искусственно занижаться из-за низкого темпа ребенка с ОВЗ. Так же как и наоборот, темп деятельности ребенка-инвалида не должен страдать из-за темпа деятельности здоровых детей. Нужно понимать, что ситуации некомфортности здоровых детей и детей с ОВЗ как раз и рождают ущербность одних детей перед другими и взаимонедопонимание друг друга. Причем нужно понимать, что это процесс не только у здоровых детей, но и детей с ОВЗ. Нужна адекватная оценка возможностей ребенка, адекватное окружение, тогда и ущербности неоткуда будет взяться. 

— Выйдя за пределы школы ребенок попадает в реальную жизнь. Готово ли современное российское общество стать ему своего рода «семьей»? Если нет, то есть ли надежда, что ситуация со временем изменится в лучшую сторону?

— Сформулируем вопрос так: готов ли ребенок и общество найти пути взаимопонимания друг друга. Если ребенок достаточно подготовлен к будущей жизни и не всегда доброжелательному отношению к себе (что уж греха скрывать, здоровые люди не всегда любят друг друга), тогда ребенок может считаться подготовленным к будущей жизни. Мне вообще кажется, когда мы говорим о любых детях, нужно понимать, что окружающий мир бывает очень разным. Бывают друзья, бывают посторонние люди, а бывают и недруги. И это нормально, это жизнь. Никто не обязан кого-то любить или не любить. Вот, что точно нужно воспитывать, так это доброжелательное и уважительное отношение между людьми. Я вижу, что подрастающее поколение очень отличается даже от моего поколения. Они более доброжелательны, они деловые, целеустремленные, в большинстве нацеленные на деловые отношения. Это ни хорошо, ни плохо, это будущее. Плохо, когда одни насаждаются другим. Например, когда здоровые дети снисходительно смотрят на детей с ОВЗ. Или наоборот, когда дети с ОВЗ постоянно чувствуют свою ущербность перед здоровыми детьми. Есть много примеров достойных людей, которые были инвалидами, но вошли в историю как успешные и трудолюбивые люди в самых разных областях: от политики до искусства. Я думаю, что важно во всех детях воспитывать уважение к себе, семье и своей стране. Если мы сможем это сделать для любого ребенка, в любой школе, в любой семье, то, я думаю, таких вопросов и не будет вставать.

— Современные школы и ученические сообщества порой самостоятельно инициируют очень интересные социальные проекты, или программы. Наверняка и у вас есть свои наработки в этом плане?

— Да, последнее время коррекционные школы все больше открываются для массовых школ. Как это ни странно, и, наоборот, массовые школы все больше открываются для коррекционных. У нас есть ряд проектов нацеленных на взаимодействие наших ребят и ребят из других школ. Это и спортивный фестиваль «Спорт без границ!», где мы предлагаем здоровым детям и нашим ребятам в смешанных командах, пройти ряд спортивных этапов, преимущественно, по паралимпийским видам спорта для людей с нарушением зрения. Довольно продолжительное время мы сотрудничаем с экспертно-консультативным советом родительской общественности при Департаменте образования города Москвы, который предложил интереснейший проект, когда на 3Д принтере делают учебные пособия ученики инженерных классов массовых школ для детей с ОВЗ, нуждающихся в наглядных пособиях для образовательного процесса. Кстати этот проект побудил в нашей школе ввести 3Д моделирование и лего-конструирование. Это ряд других проектов построенных на равноправном взаимодействии как наших ребятишек, так и ребят из других школ. Нам с моими коллегами кажется, что подобные проекты, в первую очередь, помогают и здоровым детям и детям-инвалидам понять друг друга.
3 года назад в системе образования города Москвы стартовал проект «Эффективный руководитель» и все руководители разделились на две категории: менторы — общепризнанные эффективные опытные руководители, и разработчики — целью которых является разработка управленческого проекта направленного на развитие школы. Я был разработчиком, и не буду вдаваться в подробности моего проект, важно, что мой ментор директор ГБОУ Школа № 1251 им. Шарля Де Голля Татьяна Викторовна Кравец. Это образовательный комплекс, который традиционно занимается вопросами профильного обучения детей французскому языку, инженерным классам и кадетскому образованию. То есть, по сути, это массовая школа, которая, так скажем, далека от вопросов коррекционной педагогики. В тоже время, такое сотрудничество было взаимополезным для обеих школ. Мы для себя приподняли планку наших притязаний до уровня очень престижный московской школы, наши партнеры открыли новые возможности обучения детей с ОВЗ. И я надеюсь, что для этой школы понятие «ущербность» уже исключена из лексикона в принципе. В тоже время, если они столкнуться со сложным случаем ребенка с нарушением зрения, то они знают куда его направить для консультации или обучения, без ущерба возможности полноценного развития ребенка. У нас уже нередки случаи, когда к нам приходят учится дети, успешно компенсируются и переходят в массовую школу, и наоборот. То есть этими проектами мы как бы открываем для города возможности эффективного коррекционного образования и нам открылись ресурсы массовых школ. Дети могут обучаться у нас, а потом еще где-то или переходить к нам без ущерба себе и окружающим. Это и есть новая эволюционная стадия развития коррекционных школ, на принципах открытости, равноправия.

— Практикуете ли вы межшкольное общение с другими регионами страны, с зарубежными учебными заведениями? Вовлекаете в это общение своих учеников? И насколько такой диалог — обмен продуктивен?

— Выше я писал про фестиваль «Спорт без границ!». В нем принимают участие самые разные школы: ГБОУ Школа № 1251, ГБОУ Школа № 1234, ГБОУ Школа № 1409. Развитие новых технологий нас направляет на общение с традиционными лидерами в этой сфере, такими как ГБОУ Школа № 1575, командой ГАУ ТемоЦентр, ГАОУ Центр педагогического мастерства. Все это школы и организации, с которыми мы выстраиваем сотрудничество не только в рамках проектов, но и в целом между школами. Должен сказать, что за все время нам никто из московских школ не отказал в сотрудничестве или помощи. Как и мы стараемся не отказывать в помощи другим школам. Но вот что важно — это после проведения ряда совместных проектов наши контакты и обращения как нашей школы к другим, так и других школ к нам увеличилось в геометрической прогрессии. Это значит, что сейчас вообще важно развивать сотрудничество между школами. Причем это справедливо как для коррекционных школ, так и общеобразовательных.
Такие контакты нам дали основания начать нашу программу по интеграции наших образовательных ресурсов в общегородское пространство. Мы практически отказались от специализированных конкурсов и олимпиад, за некоторым исключением вроде Абилимпикса, спортивных соревнований по дзюдо для слепых и слабовидящих, олимпиады для детей с ОВЗ Городского методического центра. В целом мы поддерживаем интерес ребят участвовать в общих олимпиадах и конкурсах, что должно дать свой интеграционный эффект в будущем. Интеграция — это должно быть не общее слово, а механизмы работы. Общие олимпиады, конкурсы, проекты — это и есть возможность интеграции в межшкольное сотрудничество. Так же мы стараемся поддерживать хорошие отношения с нашими коллегами из других частей России. В первую очередь, это школы для детей с нарушением зрения. С ними мы регулярно организуем удаленные мероприятия. В конце 2017 года на базе нашей школы проводился Координационный совет Комитета по образованию ГД ФС РФ и Рособрнадзора. На этом мероприятии были выработаны важнейшие решения для нашей категории детей по процедуре проведения государственной итоговой аттестации. Разумеется, на Совете присутствовали наши школы, в том числе и удаленно, например наши давние друзья из Верхнепышменской школы им. Мартиросяна для слепых и слабовидящих детей и коллеги из Республики Крым из школы для слепых и слабовидящих. Через такое сотрудничество вырабатываются решения по единообразному обучению нашей категории детей, чтобы было уже неважно где ребенок учится в Москве или Владивостоке, а требования к нему предъявлялись одни и те же.

— Павел, что бы вы пожелали родителям в семьях которых растут «особые» дети?

— Терпения, здоровья ребятишкам, и, конечно, не бояться. По опыту, не нужно бояться осуждения со стороны. Делайте то, что считаете правильным для своего ребенка, и то, то нужно для него, а не для одобрения окружающих. Наши дети могут намного большее, чем это может представляться. Принимайте разумные решения, ориентируясь на простую мысль: «Мой ребенок должен быть самостоятельной Личностью».


«PORTAL21» специально для проекта «Мир, открытый для Детства»